Ещё один генератор коррупции — конфликт государственной власти и бизнес-власти, иначе говоря, — так называемый конфликт гражданского общества и государства.
Фрагмент работы ВП СССР «Русское правоведение» с некоторыми изменениями:
«Пороки западной концепции «гражданского общества» проистекают из тех времён, когда буржуазия обрела экономический вес в обществе, а политическая власть над обществом по-прежнему оставалась в руках государственности, кадровой базой которого были наследственно-аристократические кланы, которые видели в буржуазии ещё одно сословие, обязанность которого — платить «оброк», не встревая в дела государственного управления. Представители же буржуазии, обретшей власть экономическую, желали обладать и властью политической, однако при этом представители буржуазии в своём большинстве желали продолжать заниматься бизнесом. Но ведение бизнеса не позволяло им участвовать в работе государственного аппарата непосредственно из-за нехватки времени, кроме того — они в большинстве своём и не имели такого желания, поскольку были невольниками процесса «делания денег». Из этого и проистекают два характерных свойства западной концепции гражданского общества:

  • непрестанный конфликт между пресловутым «гражданским обществом» и государственностью, интенсивность которого может меняться в широких пределах — от готовности «гражданского общества» к войне против государственности до реального ведения боевых действий с целью свержения тех или иных политиков персонально либо свержения исторически сложившейся государственной власти в целом;
  • идея «наёмной государственности», которая обязана служить тем, кто платит налоги, на том основании, что налогоплательщики якобы являются работодателями для всех представителей государственного аппарата.

При этом в западной концепции гражданского общества есть и лицемерная, заведомо лживая, составляющая:

  • Наиболее доступная в наш интернет-век энциклопедия «Википедия» в статье «Гражданское общество» его первым признаком называет «наличие в обществе свободных владельцев средств производства».
  • И потом к этому признаку добавляет другие: «развитая демократия; правовая защищённость граждан; определённый уровень гражданской культуры, высокий образовательный уровень населения; наиболее полное обеспечение прав и свобод человека; самоуправление; конкуренция образующих его структур и различных групп людей; свободно формирующиеся общественные мнения и плюрализм; сильная социальная политика государства; многоукладная экономика; большой удельный вес в обществе среднего класса».

В действительности первый из названных признаков — единственный признак «гражданского общества» западного типа.
Всё остальное стало реальностью либо культовой иллюзией, подменяющей реальность в миропонимании людей, и было причислено к атрибутам «гражданского общества» только в ХХ веке — большей частью во второй его половине. И произошло это не по доброй воле сообщества «свободных владельцев средств производства», а в результате ужаса, который вызвала у наиболее дальновидной части этого сообщества Великая Октябрьская социалистическая революция и её последствия в виде возникновения СССР с его идеалом искоренения угнетения и эксплуатации «человека человеком» и с последующим обретением СССР ранга «сверхдержавы» по итогам второй мировой войны ХХ века.
Ранее этого времени концепция «гражданского общества» уже существовала как минимум на протяжении двух столетий, но реально она распространялась только на буржуазную олигархию и в меньшей степени на среднюю по капитализации их бизнеса буржуазию. Особенности личностной психики большинства людей таковы, что численность «элиты» местного и общегосударственного уровня определяется ёмкостью «адресной книги» личностной психики, т.е. в пределах примерно до 250 человек: представители «элиты» любого уровня должны, если и не поддерживать систематическое общение друг с другом, то хотя бы знать и помнить о существовании друг друга. Соответственно этому обстоятельству «гражданское общество» в США реально это — 50 кланов, которым принадлежит почти вся экономика страны («средства производства») и ещё около двухсот сменяющих друг друга в преемственности поколений «интеллектуалов», обслуживающих «политический процесс» в стране: в том смысле, что именно эти люди в непрестанно текущем настоящем вырабатывают и проводят в жизнь решения, которые предопределяют облик будущего в обоих его аспектах — то, что было задумано, и то, что сопутствует задуманному, улучшая его качество в сопоставлении с задуманным, либо ухудшая его.
Остальной «средний класс» и наиболее слабоумная часть наёмного персонала, не получающая дивидендов по акциям в сколь-нибудь значимом объёме, только мнит, что они — тоже часть «гражданского общества», но они не формируют матриц, в которых реализуется будущее, а являются объектами и жертвами политики, которую делают другие1.
Примерно так же, но с поправкой на размеры территории и численность населения, обстоит дело и в других государствах Запада: в каждом из них пресловутое «гражданское общество» — аналогичная по своему составу группа2, численностью в пределах 250 человек. Всё остальное население, включая и мелкую буржуазию, реально было и есть один из многих «экономических ресурсов», на которые нормы буржуазно-олигархической этики «гражданского общества» не распространялись, не распространяются и не будут распространяться. При этом процедуры формальной демократии обеспечивали и обеспечивают легитимность государственной власти ставленников буржуазной олигархии и её хозяев, а принцип «равенства всех перед законом», пропаганда якобы «равных возможностей» до недавнего времени в общем-то успешно культивировали в сообществе «экономических ресурсов» иллюзию того, что общество — действительно гражданское, что каждый способен стать олигархом, если организует свой бизнес и будет много в нём трудиться; что в стране истинное народовластие и соблюдение прав человека, и потому, если кто-то не может стать олигархом, то он может войти в политическую или культурную «элиту» страны и т.п. — надо только много и хорошо трудиться; а если не может войти сам, то может агитировать за достойных политиков и голосовать за них на выборах».
В силу того обстоятельства, что в государствах Запада3 бизнес-власть (буржуазная олигархия) со времён буржуазных революций подмяла под себя государственность, то коррупция в государственном аппарате с точки зрения олигархов — нанимателей чиновников и депутатов — дополнительные и ничем не оправданные издержки бизнеса на содержание государственности, представителям которой и так не мало платят по меркам каждого «гражданского» общества. Содержать систему юридического подавления коррупции оказывается в целом дешевле, нежели допускать расцвет коррупции.
В России предыстория, текущее состояние и тенденции совершенно иные. СССР рухнул в результате «элитаризации» парт-сов-хоз номенклатуры, которой по мере собственной «элитаризации» идея искоренения угнетения и эксплуатации «человека человеком» становилась всё более и более чуждой. Ей требовалось общественное устройство, в котором она стала бы наследственной «элитой», обладающей преимущественными возможностями потребления материальных благ и свободного времени. В результате возник постсоветский капитализм, по своим нравственно-этическим параметрам и менталитету соответствующий эпохе западного «дикого капитализма» и первоначального накопления капитала. В этих условиях постсоветская власть — как государственная (чиновная и депутатская), так бизнес-власть (разнокалиберная буржуазия) — заняты очередной в истории попыткой строительства родоплеменного строя с наследственно-клановой «элитой». Поэтому у них нет ни понимания долговременных стратегических целей общественно-исторического развития, ни желания их понимать, ни тем более — работать на их осуществление вопреки своекорыстию кланов, дорвавшихся до государственной и бизнес-власти. «Элитаризовавшиеся» государственная и бизнес-власть в России (как и в других толпо-«элитарных» культурах) расценивает население исключительно как природные ресурсы4, стоящие вне какой бы то ни было корпоративной этики возомнивших себя «элитой», а не как людей, которым власть во всех её ветвях и проявлениях обязана служить по совести и чести, разрешая их проблемы, которые люди, действуя в одиночку или на основе эпизодической самоорганизации, сами не могут решить либо вообще, либо с должным уровнем качества.
В таких условиях в постсоветской России на протяжении всего времени её существования тянется вялый конфликт между государственной и бизнес-властью на тему, кто из них в этой паре главный, т.е. кто кому должен служить: бизнес — государственности (и соответственно — политике), либо государственность — бизнесу. И пока этот конфликт тянется, Россия не может интегрироваться в «семью цивилизованных народов», для которых характерно положение: бизнес-власть давно подмяла под себя государственность (и первая из них — США: «Что хорошо для “Дженерал моторс”, — хорошо для Америки»). Сегодня глобальное управление (якобы не существующая «мировая закулиса» — заправилы Запада) стремится сделать именно такую «вертикаль власти» нормой для всех стран мира5.
Положение усугубляется тем, что в России фактически нет того, что следует называть термином «конституционный строй»: в действующей с 1993 г. конституции оглашены только вопросы формирования некоторых органов государственной власти. Принципы и процедуры воспроизводства в процессе её функционирования государственности в целом как системы управления делами общественной в целом значимости на местах и в пределах юрисдикции РФ в целом — в конституции не прописаны.
За время существования постсоветской России на основе конституции 1993 г. — неоднократно изменялись и процедуры формирования депутатского корпуса федерального, регионального и местного уровней власти, и процедуры вступления в должность должностных лиц на всех уровнях «вертикали власти». В совокупности имевших место изменений выражалась борьба мафиозно-бюрократических группировок государственного аппарата за монопольный контроль над воспроизводством депутатского корпуса и корпуса руководителей органов государственной власти и судебной системы на всех уровнях «вертикали власти». Этому сопутствует следствия: недопущение в этот процесс и устранение из него как политически активных граждан6 (критикующих государственную власть в целом и её представителей персонально), так и организованного криминалитета (уголовного и политического перманентных революционеров7).
Цель всех этих преобразований — бюрократия, организационно структурированная на кланово-мафиозных принципах, должна стать самовластной и реально безответственной перед обществом и фактически неподконтрольной ему.
Понятно, что такая политика поддержки в обществе встретить не может. А при своём невежестве в области объективных закономерностей ранее названных шести категорий и нравственно-этических качествах бюрократия к иной политике не способна.
Бизнес-власть в России — буржуазная олигархия. Она характеризуется тем, что они — «патриоты своего кошелька», т.е. Россия для них — территория добывания не просто денег, а мировых денег. Вследствие этого они полностью подконтрольны транснациональному банковскому сообществу и его заправилам. Они и перманентные революционеры в совокупности представляют собой силу, цель которой — «унифицировать Россию» по общезападной модели «гражданского общества», чтобы в ней государственность была подчинена бизнес-власти как и во всех цивилизованных по-западному странах.
Легальное проникновение их наёмников (периферии) в государственную власть возможно только через систему выборов депутатов разного уровня по одномандатным округам, и прямых выборов руководителей органов государственной власти из числа «независимых» (беспартийных) кандидатов или из числа представителей так называемых «оппозиционных» партий. Но и «независимые» кандидаты, если они оказываются во власти, также невежественны и управленчески несостоятельны (по отношению к задачам общественного развития), как и порицаемые ими профессиональные бюрократы.
Что касается успехов бизнес-власти в деле «партийного строительства», то либерально-буржуазная идеология себя в России полностью исчерпала. Это означает, что для них остаётся возможность предпринять попытку сформировать свою марионеточную партию на основе идеологии национализма, переходящего в нацизм. То обстоятельство, что режимы промышленно развитых государств Европы на протяжении всей постсоветской эпохи сквозь пальцы смотрят на деятельность нацистов в государствах Прибалтики и поддержали возникший в феврале 2014 г. на Украине по сути нацистский режим — это показатели того, что режимы Европы давно уже нацистские, хотя пока вынуждены обстоятельствами соблюдать приличия и употреблять либеральный лексикон. Но все они признали крах «мультикультурализма», а дальнейшее развитие цивилизационного кризиса Запада может подвигнуть их на то, чтобы они перешли от слов к делу, отбросив либеральную риторику или придав ей сугубо националистическую окраску.
Что касается нелегального воздействия бизнес-власти на государственную власть — то подкуп чиновников и депутатов — один из инструментов как достижения ею своих целей в условиях господства всегда готовой к продажности бюрократии, так и способ дискредитации государственности самовластной бюрократии с целью её последующего свержения (по сценарию типа украинского) либо модификации под свои интересы. Но и в этом случае она остаётся подконтрольной глобальной олигархии, контролирующей ТНК, и её заправилам.
Ещё один генератор коррупции — неумение формировать бюджет страны и управлять бюджетным финансированием. Вследствие этого на всех уровнях «вертикали власти» должностные лица сталкиваются с необходимостью финансировать те или иные мероприятия (как запланированные, так и необходимость в проведении которых возникает внезапно), на которые бюджетные средства либо не выделены, либо урезаны, либо их приход катастрофически запаздывает. Безальтернативная необходимость проведения такого рода мероприятий и их финансирования является стимулом к «нецелевому использованию бюджетных средств», а также  к финансированию их за счёт коррупции.

 

 

 

 

 


1 С середины ХХ века это стало касаться и подавляющего большинства акционеров крупных компаний, реальная власть над которыми перешла от акционеров-собственников к наёмным топ-менеджерам, которые правят компаниями по своему усмотрению.

2 Кланы буржуазной олигархии и сменяющие друг друга в преемственности поколений обслуживающие политический процесс «интеллектуалы».

3 Европа, США, Канада, Австралия и ряд других регионов.

4 Это ярко показал ещё М.Е. Салтыков-Щедрин в сказке про то, как мужик двух генералов прокормил: Мужик, которого, оголодав, нашли генералы — в их представлении часть природной среды.

5 http://kubkaramazoff.livejournal.com/65292.html: Центробанки ряда стран договорились в обход парламентов и правительств о согласованной эмиссии своих валют, что означает утрату государствами суверенитета.

6 В смысле стихотворения Н.А.Некрасова «Поэт и гражданин».

7 Всегда недовольных настоящим, но не имеющих за душой проекта реально возможного будущего.

 

Copyright © 2013 M.Ig.
All Rights Reserved