• Появилось ядерное оружие и высокоточные средства его доставки в любые районы планеты.
  • Авианосец перестал быть массовым оружием, теперь это — единичные экземпляры, вследствие чего потери авианосцев в ходе боевых действий, если противник в состоянии их нанести, невосполнимы в темпе ведения войны, не говоря уж о наращивании численности авианосцев. Хотя авианосец по-прежнему единственное средство доставки тактической авиации к территории удалённого противника, но боевая состоятельность авианосцев гарантирована только в войнах против заведомо отсталых в военно-техническом отношении государств. В остальных случаях их боевая состоятельность — вопрос, требующий изучения1, жизненно состоятельный ответ, на который надо получить до развёртывания их серийного строительства.
  • То же касается и атомных подводных лодок разного назначения — это не массовое оружие, а единичные экземпляры, потери которых в ходе боевых действий невосполнимы в темпе ведения войны.
  • Авиационная техника продолжает быть относительно массовым оружием, но всё же её тиражирование в тех масштабах, которые имели место в середине ХХ века, тоже невозможно.
  • С танками (в аспекте массовости производства) дело обстоит несколько лучше, чем с авиатехникой.

Вследствие этого подавляющее большинство государств, включая и страны НАТО поодиночке, утратили способность развивать и содержать весь спектр сухопутных, воздушных и морских вооружений, не говоря уж о содержании полноценных армий и флотов и создании и развитии собственных военно-космических систем.

  • Появились высокомобильные ракетные установки с ракетами высокой поражающей мощи (несколько сотен кг в тротиловом эквиваленте и более) и точности доставки, в том числе упакованные в полностью готовом к боевому применению виде в стандартные контейнеры.
  • Появились переносные противотанковые и противоздушные ракетные комплексы, применение которых не требует длительного обучения персонала.
  • Появляются дистанционно управляемые и автоматические боевые роботы в обличье самолётов, танков и т.п.
  • Появились всевозможные приборы ночного видения и прочая электроника боевого назначения (связь, целеуказание, координаты на местности, навигация, путеводительство, позиционирование, радиоэлектронное противодействие и т.п.) пригодная к массовому производству. Изрядная доля этого функционирует, при поддержке систем космического базирования своих модулей, вследствие чего не может быть нейтрализована без поражения соответствующих космических объектов, что требует развития военно-космических сил.
  •  Появились разного рода глобальные инфраструктуры, которые тоже могут быть использованы в военных целях: и как средство воздействия на противника, и как «поле боя».
  •  Появились инфраструктуры гражданско-военного назначения с элементами космического базирования, нейтрализация которых возможна только государствами, имеющими собственные военно-космические системы.
  •  ГЛАВНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ не выражается в появлении тех или иных образцов военной техники. Оно затрагивает всю техносферу и военную технику как её составную часть. Если до середины ХIХ века подавляющее большинство социально значимых, в том числе и военных, технологий оставались практически неизменными на протяжении жизни нескольких поколений, то, начиная с середины ХХ века, на протяжении срока активной жизни одного поколения успевает смениться несколько поколений техники и технологий. По отношению к военному делу это означает, что скорость «морального устаревания» функционально различных агрегатов и систем в составе подавляющего большинства образцов военной техники стала различной. Вследствие этого образец в целом устаревает сразу же, как только «морально устареет» любой его агрегат или система, устарелое функционирование которых критически сказывается на показателях боевой эффективности образца в целом. Это означает, что должны доминировать две стратегии разработки перспективных образов военной техники:

Одна — создание «одноразовой техники», образцы которой просто заменяются в случае «морального устаревания», поломок, повреждений или физического износа. При этом скорость разработки и развёртывания поставок таких образцов в войска должна быть существенно выше, нежели у противника.
Вторая — создание техники, в которую ещё на стадии разработки тактико-технических требований закладывается требование — конструкция должна обеспечивать неоднократную и технологически быструю замену в течение срока службы морально устаревающих агрегатов и систем новыми более совершенными функциональными аналогами, а также должны быть предусмотрены возможности установки агрегатов и систем, функции которых на момент разработки образца техники пока не известны, но могут быть востребованы в будущем. Соответственно, агрегаты и системы должны тоже разрабатываться под стратегию модульно-агрегатной модернизации образцов военной техники.
Отдание предпочтения той или иной стратегии разработки должно определяться, исходя из оценки текущих и перспективных возможностей экономики обеспечить поставку в вооружённые силы образцов в соответствии с их потребностями как при производстве «одноразовых» образцов, так и при производстве потенциально модернизируемых образцов.
Реализация второй стратегии требует адекватного управления развитием системы стандартизации, какого рода профессионалов система образования ни в Российской империи, ни в СССР, ни в постсоветской России не готовила и не готовит: для начала надо искать «гениев стандартизации».
Кроме того, боевая техника в мирное время служит долго, а в военное время в ряде случаев — всего несколько боёв. По этой причине многие образцы сложной военной техники следует проектировать сразу в двух модификация — для производства в мирное и для производства в военное время, чтобы снизить себестоимость производства и сервисного обслуживания той техники, которая обречена на массовое уничтожение в ходе военных действий в сроки, в которые она не успеет выработать свой ресурс.

  •  С другой стороны, общества с развитой техносферой, зависящие от инфраструктур и техносферы в целом гораздо в большей мере, чем во времена Наполеона или второй мировой войны ХХ века, оказываются более уязвимыми по отношению к разного рода точечным воздействиям, тем более — точечным и достаточно массовым воздействиям.
  •  Государства, в которых экономический уклад — капитализм в различных его модификациях и при различном институционально-политическом оформлении, утрачивают экономический и политический суверенитет, передавая власть над собой транснациональным корпорациям (ТНК). Это предпосылки к тому, чтобы в последующем «накрыть» ТНК властью мирового правительства — координационного комитета ТНК, — но уже не на основе либерально-рыночной экономической модели, а на основе концепции «конвергенции»: в экономике — «организационно-технологический социализм»2 и в политике — мафиозно-диктаторски управляемая из-за кулис либеральная «демократия»3.

Т.е. с середины ХХ века появилось много чего, что позволяет без объявления войны, развертывания и приведения в действие регулярных армий государств, испортить жизнь любому политическому режиму, не способному закрыть свои границы от контрабандного ввоза на его территорию соответствующих средств поражения и проникновения специалистов по их применению, а кроме того — не способному противостоять антипатриотическому воспитанию, мобилизации и вооружению противником представителей его собственного населения с целью антиправительственной и саморазрушительной по отношению к обществу деятельности.
Собственно эти обстоятельства и приводят к тому, что:
Средства массовой информации в любом обществе могут проводить информационную политику в интересах его врагов под лозунгами «свободы слова»4.
Частные военные кампании (ЧВК) как средство доставки на территорию противника специалистов и средств поражения становятся если не главной силой в деле свержения неугодных политических режимов, то авангардом, создающим условия для последующего ввода «миротворческих контингентов» регулярных армий государств и оккупации стран, предварительно хаотизированных ЧВК и доведённых ими до состояния массовой гибели населения в условиях искусственно созданных «гуманитарных катастроф», в которых управляемый хаос и отсутствие государственного управления влекут за собой экономический геноцид, эпидемии и массовое бегство люмпенизированного населения. При этом необходимо понимать, что социальный хаос — это только среда, в которой удобно действовать управляемым извне подразделениям агрессора, в том числе и тем, в которые вовлечены представители собственного населения жертвы агрессии.
Поскольку ТНК стали субъектами политики и «работодателями» для многих ЧВК, то их руководство следует рассматривать и как субъектов-агрессоров в соответствующих обстоятельствах, что в ряде случае делает целесообразным осуществление профилактической зачистки директоратов наиболее агрессивных ТНК.
Т.е. война стала более вариативной как в аспекте субъектности источников агрессии, так и в аспекте воздействия на противника разнородными силами и средствами, что требует выработки универсальной философии ведения войн и их профилактирования.

1 Тем более, если соответствуют действительности утверждения, что КНР решила проблему гарантированного попадания в авианосец боевой части межконтинентальной баллистической ракеты. А кроме того неприемлемые неприятности авианосцу могут доставить такие носители тяжёлых крылатых ракет, как экранопланы и малошумные подводные лодки, способные скрытно приблизиться на дистанцию порядка 100 км и произвести залп сверхзвуковыми ракетам на основе целеуказания бортовыми средствами (в советском прошлом такими были АПЛ проектов 670 и 670М, дальнейшее развитие которых было пресечено в результате чего появились АПЛ проектов 949 и 949А, в проектах которых реализована идея стрельбы с больших дистанций на основе целеуказания извне): у сил ПВО / ПРО авианосной группы просто не хватит быстродействия на перехват ракет.
2 «Старый социализм допускал идеологию. Мог существовать капитализм со своими преимуществами и недостатками; могла существовать государственная собственность на средства производства с её возможностями и ограничениями. Мог иметь место выбор между ними. Выбор зависел от мнения — от идей. Он был поэтому идеологическим. Новый социализм не допускает никаких приемлемых альтернатив; от него можно уклониться только ценой тяжёлых неудобств, большого социального расстройства, а иногда ценой смертельного вреда для здоровья и благополучия. Новый социализм не имеет идеологического характера, он навязывается обстоятельствами. (…)
Обстоятельства, очевидно, не благосклонны к тем, кто считает себя защитниками рыночной экономики, врагами социализма. И в силу того, что именно обстоятельства, а не идеологические предпочтения навязывают путь, с этим мало что можно поделать» (Дж.К.Гэлбрейт. Экономические теории и цели общества, гл. XXVII. Социалистический императив. — 1973 г. — выход в свет американского издания, 1976 г. — выход в свет перевода на русский).
3 Образ такого общества предстаёт из повести братьев Стругацкий «Жук в муравейнике» и других произведений про мудрого «экселенца», возглавляющего «Комиссию по контактам», «странников» и «прогрессоров». Поэтому — с расчётом на будущее — в честь братьев Стругацких, как идеологов нового мирового порядка, названа одна из площадей в Санкт-Петербурге.
4 Так ныне в РФ все СМИ выражают антироссийскую прозападную либеральную точку зрения. Если требуется выразить не либеральные воззрения, то они подаются обществу в искажённо-карикатурном виде, для чего проводится «кастинг», в ходе которого побеждает «Света из Иваново» или газета «Завтра». Выражение созидательных воззрений в их аутентичном виде блокируется всею либеральной «общественностью»: на то есть цензоры от либерализма — редакторы СМИ и модераторы комментариев, публикуемых на сайтах СМИ. Это показатели того, что либерализм — враг свободы мысли и свободы слова.

 

 

Copyright © 2013 M.Ig.
All Rights Reserved